[personal profile] artyom_ferrier

Я должен, наверное, что-то сказать про давешние «димонстрации» им. Навального — ну и скажу, что желаю всем задержанным, включая сотрудников ФБК, скорейшего освобождения (кого ещё не освободили). На том — и довольно политики. Не будем о грустном. Ибо когда я говорю, что Россию в любом случае ждут очень весёлые времена — следует делать поправку на субъективность употребления слова «весёлые». Да, для меня лично, скорее всего, будет даже облегчением, когда наступит момент окончательной ясности и сама собой отпадёт нужда заботиться о сохранении «стабильности». Это как вскрытие карт после долгого-долгого взаимного ререйза. Но не уверен, что моё чувство облегчения (как и «веселья») разделит так уж много компатриотов. Поэтому — не будем о грустном.

Лучше — будем оптимистами, которые, как известно из старого советского анекдота, «учат английский язык» (в то время как «реалисты — обращение с автоматом Калашникова», что тоже нелишнее, конечно).

По поводу инглиша, поскольку я часто размещаю свои заметки о некоторых «хинтах» в его освоении (как изучении, так и преподавании), меня иногда спрашивают, могу ли я порекомендовать какие-нибудь хорошие курсы.

 

 

Что ж, что я могу точно — так это сказать, в каких случаях на некие распиаренные курсы скорее всего не стоит тратить время. Это когда их реклама обещает, что вы освоите язык легко и непринуждённо, чуть ли не подсознательно, вот просто закачают вам его в голову с использованием современных технологий, как в фильме «Матрица».

Это ровно то же самое, что реклама в «магазине на диване» какого-нибудь супер-пупер-наномассажного жиротряса, который за месяц сделает вам идеальную фигуру, почти без усилий с вашей стороны, по пятнадцать минут в день занятий.

Ну или какая-нибудь школа реальной уличной самообороны, которая за пару месяцев ненапряжных занятий вложит в вас секретные приёмы древних волхвов и заодно спецтехники из спецлабораторий для спецназа, сделает из вас неодолимую машину смерти, способную порвать любого самого крепкого противника. Угу. Что реально делает из обычного человека (и даже хрупкой девушки) неодолимую машину смерти — так это кирпич в руке или, скажем, бронзовая статуэтка. Этим — действительно можно запросто убить или покалечить гораздо более сильного противника. Но это не всегда желательно, поэтому к чему на самом деле сводятся все единоборства — так это к тому, как НЕ убить и НЕ покалечить соперника. По хорошему счёту, они учат контролировать и ограничивать себя в драке, чтобы победить, но не причинить при этом слишком большой ущерб. А когда это пофиг, когда нужна победа любой ценой — достаточно видеокурса эффективной самообороны в виде начальной сцены «Космической Одиссеи» Стэнли Кубрика, где наглядно показано, как это делают гоминиды с хоть какими-то зачатками интеллекта.

Ну и в любой учёбе, как ни банально, действует принцип no pain no gain. В частности — в изучении языка. Нет, это нельзя сделать, не напрягая мозг, не работая над собой, «легко, ненапряжно, подсознательно». Все эти «скрытые кадры», все эти методики обучения во сне в наушниках — это чушь собачья. Более того, можно уверенно сказать, что «студент», который стремится воспользоваться такими «ленивыми» методиками — нихрена не преуспеет. Именно потому, что он не хочет напрягаться и работать над собой, когда наивно надеется «подсознательно» (или «бессознательно») выучить то, что по определению требует рассудочной активности. Да, как ни смешно, но даже Владимир Вольфович Жириновский, когда выступает на публике — не отключает мозг совсем, что бы иное ни казалось. Даже преподобный отец Чаплин этого не делает. Даже Охлобыстин. Просто, у них так устроены мозги, поэтому они и несут, что несут, - но мозг в любом случае работает в процессе говорения даже на родном языке. А уж выучить иностранный, не сжигая килокалории сахарозы в полушариях — это просто нереально.

Другое дело, что некоторые вещи, по грамматике, по лексике, можно объяснять кондово и заумно, а можно как-то более просто и внятно. Хороший инструктор умеет объяснять максимально просто и доходчиво, не напяливая на себя ауру академизма.

И, конечно, можно найти, наверное, много людей, которые прилично знают русский, прилично знают английский — и умеют объяснить соответствия без зауми, без лишних понтов.

Но этого, в действительности, мало для того, чтобы научить человека говорить. Нет, как ни покажется парадоксальным, чтобы научиться говорить на каком-то языке — нужно на нём говорить.

И с этим даже на лучших курсах, какие доводилось наблюдать (презентации их уроков) — есть большие проблемы. Происходящие, прежде всего, от того, что инструктор может хорошо знать оба языка, может уметь объяснить — но он не умеет обращаться со студентами истинно педагогично. А именно — как умелый каюр с упряжкой хаски, тянущих по снегу его нарты, куда надо.

Как обычно это выглядит на даже лучших курсах? Вот препод объясняет какую-то вновь осваиваемую грамматическую конструкцию — и это-то он делает по-русски, что понятно. Дальше — студенты начинают сооружать с нею предложения. «Ай хэв бот... а как будет по-английски «лабутены»?»

На самом деле — это просто очень вредно, в ходе беседы (а не при объяснения нового материала) постоянно переключаться с одного языка на другой. Умение делать это быстро и вроде бы естественно — образует важнейший профессиональный навык переводчика. Который по умолчанию хорошо владеет обоими языками. Но в реальности это трудная, изнурительная штука для мозга. Поэтому и матёрый синхронист после каких-нибудь двухчасовых дебатов — может быть вообще никакой, в ноль ушатанный. Только пивом мозг охладить немного — и дрыхнуть.

Но для новичков — это просто смертельно. Это им только кажется, что так проще, когда можно по-русски уточнить. На самом деле — это многократно затрудняет для них погружение в иную языковую среду. Ну это всё равно как пытаться войти в бодрящую апрельскую водичку, но вместо того, чтобы просто сделать это и плавать в своё удовольствие (в движении тело быстро адаптируется даже к ледяной воде), заходить по щиколотку, подёргиваться, выпрыгивать на берег, накатывать стопаря для храбрости, потом забрести почти по пояс, снова выскочить, ещё накатить — ну и получается сплошной алкомазохизм, а не купание.

И второй важный момент, который я неоднократно отмечал в своих заметках, студенты, почувствовав, что инструктор всемерно готов им помогать, неизбежно будут пытаться сделать так, чтобы он сам всё за них сказал, а им осталось только повторить. Через вот «А как будет это? А как то?» Инструктор же и стесняется отказывать в помощи, и готов козырнуть своими познаниями. Вот только это вредно, за просто так дарить халявную лексику по первому же запросу. Во-первых, что легко досталось — не ценится и не держится, а во-вторых — нужно очень сбалансированно подходить к напитыванию студента новой лексикой. Ему дай бог необходимую, самую базовую, на данном-то начальном этапе запомнить и освоить, а не погрязать в рюшечках-финтифлюшечках.

Поэтому в нашей практике такие вопросы решаются жёстко и сразу.

Во-первых, стажёр просто живёт первое время (месяц, хотя бы) в доме инструктора, где учится много чему, в том числе — языку (английскому, прежде всего, потому что это-то корпоративный стандарт).

Во-вторых, любой вопрос, заданный по-русски без специального на то дозволения, любое даже случайно вырвавшееся русское слово — и стажёр получает дополнительную возможность улучшить свою физическую форму, сделав полсотни отжиманий, скажем. Ну или если совсем уже трицепсы дымятся — полсотни подъёмов корпуса. Всяко полезно.

В действительности, это само по себе можно использовать для освоения языка, и не только. Для освоения счёта вслух, прежде всего. Но и математика тоже прокачивается. «Right, sixteen. So, how many still to go? Yeah, thirty four. And now the question for the superfinal: sixteen plus eighteen and multiply by three – what would it be? One hundred and two? Yeah, I guess so. I just believe you, actually. And now take the square root of it. Well, relax, just kidding – carry on”.

Это само по себе может быть увлекательной миниигрой, сочетающей коммуникативную, физическую и математическую практику. И это хоть немножко — сдерживает порывы студента к использованию русского без разрешения. В действительности, он учится вовсе забывать на время о своих русских корнях.

Но почему-то ведущие языковых курсов манкируют такими возможностями «дрессировки». Наивно считают, что их клиенты не станут платить за подобное обращение. Мне же думается, они будут платить вдвое больше, если включить такую особую услугу, как порка скакалкой за несанкционированный русский. Надо лишь провести это дело в прейскуранте именно как вип-услугу, доступную не всякому :-)

В-третьих, как я отмечал не раз, мы исповедуем принцип «лингвистического удушения». То есть, на время беседы стажёру лучше вовсе забыть, что он знает какой-то ещё язык, кроме изучаемого. Даже не пытаться конструировать фразы на своём родном и потом переводить (это вреднейшая практика для устной разговорной речи). И пусть он, имея запас в несколько десятков слов, чувствует себя «деревенским дурачком» - но зато «нативным» деревенским дурачком.

И, естественно, ему хочется вырваться за пределы такой незамысловатой роли. Он начинает алкать(!) новой лексики. Вот только даются ему новые слова — не просто так по его запросу. Он должен попытаться, оперируя уже имеющимися, объяснить, что имеет в виду.

«You know, it's such a thing... We eat it”.

“I got it, but couldn't you be a little more specific?”

Well, it's... not so short” (Студент уже слышал пару long-short, но второе запомнил лучше, по «шортам»; и запомнил, что в английском любой антоним можно выразить, сказав not so — что порою даже образует истинно английственный сарказм).

Соображаешь, что если он говорит именно «не слишком короткий» - то речь идти о продолговатом предмете. Иначе сказал бы big. И мы его едим, значит. Помогаешь:

And it must have some color, I suppose? (недоумение, припоминает слово color; помогаешь дальше) Can it be red? Or black? Or yellow?”

It's... green”.

So, it's what we eat, it's green, and it's not so short. How long is it? Just show”.

Показывает. Да, не кабачок точно, но про него бы и не сказал, что однозначно зелёный, ибо всякое бывает, - ну, значит, огурец. Сообщаешь:

«It must be “cucumber”. We eat those salty cucumbers after vodka, right?” (Тут — нафиг технологические нюансы: то ли salted, то ли pickled огурцы. Они по вкусу солёные? Значит — salty, for now).

Yeah, that's what I mean”.

Ну, он получил слово. Которое, возможно, покамест и не стоило ему изучить, чтобы не перегружаться. Но он его честно заработал. Он постарался объяснить, что имеет в виду, используя уже доступную лексику, он выслушивал наводящие вопросы. А это главное — общение. Ибо по книжкам можно выучиться читать книжки. И можно набить себе очень богатый лексикон. Но тебя просто клинить будет, если попробуешь пустить его в ход, не имея навыков собственно общения.

И я говорил уже не раз, что на начальном этапе мы стараемся не форсировать конструкции с do. Потому что это реально очень каверзная штука, довольно уникальное достояние английской грамматики, интуитивно просто враждебное славянскому шаблону. Оно кажется очень простым, но именно по этой причине человек начинает косячить с do - когда начинает говорить более-менее бегло, меньше морочась над строительством фразы. Вот тогда-то вылезают I didn't saw и всякое такое.

Поэтому к do требуется очень деликатная подводка (и я описывал наш финт с «древнерусским аналогом деяти»), а поначалу вопросы и отрицания лучше строить с be, can, must. При этом «да-нет» вопросы в разговорной речи вполне уместно задавать чисто интонационно, не меняя порядка слов. Ну или присобачивая в конце минимальный хвостик, вроде «Right?” Да, если кто помнит школьные правила, они настаивают, что в tail-questions, если основная фраза утвердительная - то в хвосте отрицание (isn't it?), а если в основной отрицание — то в хвосте, наоборот, утверждение. “You're not a Russian spy, are you?” И в принципе это так, но поначалу и в неформальной речи (а не в георгианском салоне) лучше пользоваться универсальным «Right?”

То есть, перегружаться всякими архитектурными излишествами — поначалу не надо. Но вот особо же ещё раз отмечу, что инговые формы (What are you doing?) и «возвратные» конструкции с пассивным причастием (He is believed to be...) - это НЕ излишества в английском. Это совершенно базовые фишки для любой стилистики, включая самую неформальную, и если их не освоить в самом начале — потом могут возникать проблемы как с пониманием, так и с «говорением».

В целом же мы исповедуем, можно сказать, «братский» подход в обучении языкам. Ну, как в анекдоте, где один приятель спрашивает другого, как бы научить девушку плавать. И тот отвечает: «О, это целое искусство. Зайдя на мелководье, ты помогаешь ей лечь на воду, поддерживая ладошкой животик, нежно, бережно, но уверенно, по-мужски, так, чтобы её попка не уходила под воду...» Первый прерывает: «Ты не понял: речь о моей сестре» - - «А, это? Ну, сбрось её с причала».

И вот у нас — братский подход. С самого первого дня - «лингвистическая асфиксия», «сталкивание с пирса». Нет, конечно, инструктор объясняет по-русски, как строить базовые фразы, даёт базовую лексику, но вот дальше — общение преимущественно на изучаемом языке. С перерывом на «теоретические лекции», где инструктор снова растолковывает какие-то нюансы на русском, чтобы было понятней, но после этого рекомендуется забыть, что ты знаешь какой-то язык, кроме изучаемого. И вынужден довольствоваться тем, что знаешь на нём — всемерно расширяя, конечно, горизонты.

Естественно, это очень неудобно для студента. Ведь он пока так мало знает. Но ответ жёсткий: «Это твоя проблема, которую тебе и решать. Я — только могу посодействовать».

И это действительно проблема. Человек — по природе своей существо «коммуникативное». Говорить, общаться с другими живыми существами — это его биологическая потребность. Поэтому, собственно, люди, которые вынуждены много времени проводить в одиночестве — часто обретают привычку говорить вслух с самими собой, или со зверушками, или с деревцами-кустиками. Но в присутствии другого человека — очень трудно удерживаться сколько-нибудь долгое время от искушения с ним поговорить.

Этим пользуются хорошие полицейские. Хорошие не в том смысле, что роль «доброго следователя» отыгрывают, а просто качественные профессионалы. Они разъясняют подозреваемому его право хранить молчание, но говорят, что, мол, так или иначе, я должен предоставить возможность дать показания, пусть это будет и формальность. Не хочешь ничего говорить — не говори. Твоё право. Просто посидим в кабинете, я свои бумаги поделаю, а ты — как знаешь.

И вот так проходит несколько минут, когда коп вычитывает какие-то бумаги, вносит какую-то правку на компе, а задержанный, сидя напротив, имеет полную возможность наслаждаться своим правом хранить молчание. Но — не хранит.

«Я так погляжу, ты делаешь вид, будто я тебе совсем не интересен? Будто ты меня совсем не слушаешь? Ну тогда — скажу то, что думаю. Вот ты, небось, такой весь из себя правильный мальчик, считаешь себя блюстителем закона и все дела, а я, типа, асоциальный элемент. На самом деле — ты просто завидуешь. Потому что у тебя нет свободы. Но это потому, что у тебя нет и мозгов. Поэтому ты и подался в мусора. Вы ж все реально тупые. Ты потому и не разговариваешь со мной, что тебе нечего мне предъявить. Хрен вы докажете, что это я обчистил ту хату. Потому что барахлишко я притырил в таком месте, о котором ты даже не знаешь. Ты ж ведь и не местный, угадал? Откуда тебе знать про старую штольню и как там что?»

Ну, на этом месте коп может подать голос: «Я, конечно, не местный, но статистика показывает, что когда идиоты чего-то прячут в старой штольне — то обычно во втором левом штреке».

Я, конечно, немножко утрирую, но в целом это так и выглядит. Человеку, не имеющему специальной подготовки, очень трудно удержаться от общения даже с явно враждебным персонажем, вроде копа, который ведёт твоё дело. Даже при полном понимании, что каждое твоё слово может быть использовано против тебя. И если у подозреваемого достаточно мозгов, чтобы не раскрывать рот хотя бы до прибытия адвоката — тому приходится чуть ли душить подзащитного, чтобы не вякнул чего лишнего, увлекшись беседой.

Что уж говорить об общении дружественном, стажёра с инструктором, когда живёшь у него на дому? Да он всячески и готов пойти навстречу — но только «in English, please”.

Что, слишком мало инглиша? Ну, как говорится, «нету ножек — нету мультиков». Поэтому, приходится отращивать ножки. Добросовестно, целеустремлённо. Тут не может быть такого, что стажёр позёвывает: «А, блин, как же мне надоел этот инглиш!» Это всё равно что, потерпев кораблекрушение и оказавшись в пяти милях от берега, когда уж и горы виднеются в дымке, сказать: «А, как мне надоело плавать, утону, пожалуй!» Освоение языка — это практически вопрос выживания, а не вкусовых предпочтений и настроения, в тех жёстких условиях, в которые мы загоняем студентов.

С другой же стороны, вот те «лекции» на русском, об устройстве английской грамматики и лексики, когда и тебе на русском объясняют, и ты можешь спросить на русском — они не воспринимаются как «я смотрю в окно и скучаю, когда препод чего-то там бухтит». Оно воспринимается — как редкая возможность вынырнуть наружу и надышаться родным языком. Но потом — снова погружение в пучину чуждой тебе стихии другого языка. Чуждой — покуда не сумеешь преодолеть это ощущение чужеродности, породниться с ней.

Поэтому я совершенно не преувеличиваю, когда говорю, что люди, имевшие в анамнезе школьное изучение инглиша (но желательно — смышлёные раздолбаи-троешники, ибо с отличниками труднее, они больше заморочены, в них больше вбито довольно дурных стереотипов, вроде пресловутых Tenses) — ну вот такой парень где-то через неделю начинает более-менее легко изъясняться и понимает устную речь. Потому что эту неделю он практически без продыху этим занимался — общением на английском, и учился изворачиваться, перефразировать, когда ему не хватало слов и конструкций. Ну а через месяц он говорит и понимает практически как носитель языка (пусть и не очень академической разновидности). Естественно, не все акценты и диалекты он может воспринимать, но вот на более-менее стандартизированном американском — чирикает нормально.

Ну и это наш подход, поскольку мы можем себе его позволить: индивидуальный и довольно жёсткий, но при этом «интерактивный» инструктаж в режиме практически 24/7 – и там-то за месяц реально усваивается очень много. По крайней мере, «разбалтывается» студент, учится выражать практически любую мысль довольно естественными «подручными» средствами, не очень парясь тем, что чего-то может сказать не идеально грамотно с академической точки зрения (но при этом и вопиющих каких-то, органически не совместимых с инглишем косяков — не допустит).

Языковые курсы по шесть часов в неделю в свободное от работы время — ну, это немножко другой формат по определению. Там инструктор, какой бы он ни был расчудесный, максимум что может сделать — так это просто чего-то растолковать, помочь с освоением грамматического и лексического материала. Дальше — всё зависит от самостоятельной работы студентов.

Но и её, к слову, можно делать не только эффективной, но и увлекательной. Воображать себе какие-то сценки, где нужно объясниться на изучаемом языке, а твой родной — вообще ничему не поможет, лучше на время забыть про него.

Скажем, вот прилетел ты на другую планету, где все говорят по-английски, похитил аборигена — и допрашиваешь его о том, как у них что устроено.

И прогоняя такие сценки — не следует сразу лезть в словарь за каким-то неизвестным словом. Сначала представь, что ты пытаешься дать собеседнику понять, что имеешь в виду, используя уже освоенную лексику. Ну вот как в случае с «огурцом», выше. И потом только, когда, по здравом размышлении, он должен был это уразуметь и дать ответ — смотри в словарь.

Но при этом, мало заглянуть в русско-английский словарь. Там, зачастую, может быть несколько вариантов, и трудно сказать, то ли они значат. Поэтому желательно прогнать найденные английские слова через англо-русский словарь, чтобы посмотреть, как их принято переводить, какой оттенок они имеют. А на более продвинутой стадии обучения — лучше пользоваться толковыми английскими словарями для уточнения значения и употребления слов. Благо, они все довольно подробные и доступные, английские словари.

А без самостоятельной работы — в любом случае нихрена никто толком не освоит. Инструктор — помогает, показывая, как делает это сам, говорит на языке (и так, чтоб было понятно, без стилистических выкрутасов), но ни самый лучший препод, ни самый лучший курс — не вложат знание языка в голову без усилий с её, головы, стороны.

И в любом случае, даже при постоянном «наставничестве», придётся что-то делать самому. Потому что тебя-то, стажёра, можно запереть в башне у инструктора, поскольку ты существо покамест вообще безголосое, но у него какая-то своя личная жизнь имеется, он будет отлучаться на какое-то время.

А ты в это время — можешь смотреть фильмы и мультики, с субтитрами, пытаясь разобрать по тексту, что там сказано было и что к чему, а потом, осознав это, пытаться повторить за актёром фразу, так, чтобы получать удовольствие от своего актёрства, при этом попадая в темп, ритм, эмоциональный окрас.

Можно смотреть на Ютъюбе «летсплейки» по знакомым тебе игрушкам, что я рекомендую как очень хороший метод привыкания к естественной разговорной речи, когда просто по контексту тебе понятно, что мог сказать чел в этот момент.

Когда же вот хочется по максимуму отключить голову и просто воспринимать инглиш — ну, я говорил, что закачка скиллов а ля «Матрица» в принципе невозможна. Но вот для максимально ненапряжного постижения инглиша, при этом не выныривая из его языковой среды, не ломая мозг на переключении между языками, - недавно нашёл один как бы курс, где мужик просто наглядно производит всякие манипуляции с яблочками и стаканчиками на столе и очень внятно (хотя в довольно естественной, а не «дикторской» манере) комментирует. Так, что превратность понимания вроде бы исключена. И так даёт базовую лексику, базовые грамматические конструкции.

Как вспомогательный материал — уже порекомендовал «отделу предпродажной подготовки моих невольничков в Низовья Реки» при Калужской Плантации.

Нет, только лишь с помощью этого курса инглиш, конечно, не выучишь, но он — вроде бы реально помогает понимать многие вещи в самой наглядной, самой незатейливой манере.

 

 

Profile

Артём Ферье

March 2017

S M T W T F S
    1 2 3 4
56 789 1011
12 13 14151617 18
192021 22 232425
26272829 3031 

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Oct. 17th, 2017 04:03 am
Powered by Dreamwidth Studios