Артём Ферье

Решил всё-таки отсмотреть экранизацию «Трудно быть богом» Германа (раз уж зашла давеча о том речь, в свете новой сериальной экранизации, а я в своё время малодушно обломился где-то через десять минут от начала германовского фильма).

Сейчас — отсмотрел уже где-то полчаса.

И поймал себя на внезапной мысли, что, пожалуй, там Герман скрестил две планеты из творчества Братьев.

У него этот Арканар — выглядит ровно так, как должен был бы выглядеть мир «Обитаемого острова», с его «массаракшем».

Ну, в «Обитаемом острове» там фишка была, что настолько густая облачность, и сопряжённые с этим оптические иллюзии, что жители, развившись аж где-то до уровня нашего двадцатого века (танки-подлодки), пребывали в убеждённости, будто бы их планета вогнутая, а не выпуклая, и звёзд вообще никогда не видали.

Почему, собственно, я и не любил никогда «Обитаемый остров» - вот из-за этой полнейшей херни с «массаракшем» в угоду «метафоричности», «аллегоричности», «притчевости». Типа, «мир наизнанку, всё шиворот-навыворот, ах, не напоминает ли вам это что-то из нашей реальности, как тонко, как круто».

Ну потому что это абсолютно нереально, чтобы люди дошли в своём развитии до условного двадцатого века — но не знали формы своей планеты. Да как они навигацию там осуществляли? Как они могли на аэростатах не подниматься над облачностью? И это уж не говоря о том, что в принципе флора и фауна при такой скудной инсоляции были бы совершенно иного вида, чем на Земле.

Но вот подумалось мне, глядючи на этот Арканар у Германа — что именно там он и воплотил идею «беспросветности», вечной пасмурности над тамошним Средневековьем.

Виконт Алексей Артёмович поделился наблюдением.

Говорит, проходил вдоль бетонного забора у автокомбината. Собственно, там сейчас мало кто ходит — разве что особенно пытливые грибники. Вот вроде Лёшки.

Поэтому он немного удивился, когда увидел на заборе свежую надпись.

Предъявляя мне фотку, прокомментировал: «По ходу, у нас завелись викинги».

Да, действительно: футарк. Всего два слова из пяти знаков, но - вполне узнаваемо.

После Нолановской «Одиссеи» решил, что надо как-то реабилитировать «киношную античность» в своей голове.

А вернее, задумался: «Может, оно мне не понравилось и показалось «напыщенно-топорным» не потому, что реально так хреново сделано, а потому, что я просто пресытился культурным продуктом? Может, и иные кинцы, которые раньше нравились, теперь без слёз не глянешь?»

Решил посмотреть «Рим».

Некоторые добрые люди указывают, что вовсе неэтично и даже неприлично и совершенно «нечутко» обижать Элиота Пейджа (в «девичестве» - Эллен Пейдж). Под «обижать» они подразумевают слово «актёрко» и местоимение it.

Что ж, не стану отрицать, я никогда не метил на «золото» в чемпионате по Политкорректности и не имею грамоты конкурса Sensitivity.

Вместе с тем я согласен с той мыслью, что, конечно, дурной тон смеяться над чужими несчастьями. Если это именно несчастья. То есть, когда человек лишается чего-то, что хотел бы сохранить, вследствие болезни, травмы, злокозненных происков врагов, и т. п.

И, конечно, было бы нехорошо, скажем, потешаться над «костлявостью» узников Дахау.

Ну, они не сами себя довели до такой кондиции, окей?

Но вот какие-нибудь анорексичные дурёхи, уморившие себя до «скелетного» состояния идиотскими диетами, стремясь к весьма сомнительным идеалам подиумной красоты, уже давно имеющим мало общего с представлениями о физическом здоровье — они именно что сами это сделали. Пусть под влиянием моды, но — сами.

И, пожалуй, не только что право, но даже и долг окружающих — разубеждать этих дурёх своими насмешками, пусть и «жестокими», показывая, что их кондиция воспринимается не как «красота», а как «фричество».

Хотя мне уж порядком поднадоела тема «Одиссеи», тем не менее глянул давеча на сон грядущей ещё кое-какие обзоры от довольно толковых людей.

И увидел у них мысли сродни моим.

«Фильм снят в целом очень плохо, но такой мастер, как Нолан, конечно, не мог не понимать, что снимает плохо. А значит — такова и была цель: снять именно плохо. И тем самым мэтр хотел нам сказать...»

Ну, я предположил, что цель - «опошлить» и «одебилить» всё, что касается войны и вояк, изобразив их идиотами, истеричками и вообще показать, что эти хвалёные греческие герои — ничем не лучше нынешних «снежинок», зацикленных на собственных обидках да страданиях и не способных ни к каким усилиям ума и воли.

То есть, сделать так, чтобы фильм внушал отвращение к «военщине» и насилию примерно по тому же методу, что использовался в «Заводном апельсине» Бёрджеса, когда «реабилитируемых» преступников заставляли смотреть сцены насилия, фиксируя при этом веки, и попутно проводя «негативную физиологическую стимуляцию».

Но касательно целей мэтра — встречал и более вычурную трактовку (тогда как «антивоенщина» - разумеется, на поверхности), мол, Нолан хочет нам сказать, что прошло время «бумеров», они должны уйти, дать дорогу молодёжи (то есть, тем, кому не сильно больше полтинника) — вот как Одиссей уплыл в закат, оставив на царствование Телемаха (юного тридцатилетнего Телемаха).

И — весьма аргументированно, очень красиво обосновывается эта мысль.

Общее же место в таких трактовках — повторю, в том, что такой мастер, как Нолан, не мог не понимать, что снимает этот фильм хреново, делает его неприятным для зрителя, а значит — так и было задумано.

Всё не отпускает нолановский этот опус. Возможно, совсем делать нехрена, но смотрел на ютубе кое-какую критику этой «Одиссеи».

И вот бывает, что она шокирует чуть ли не больше, чем сам фильм.

«Здравствуйте, я — большой историк. Эксперт как раз по греческой мифологии. Не одного Цербера на ней съел. И сейчас я вам поведаю, что думаю о цвете кожи Елены. И не только Елены, потому как, представьте себе, та же Лупита Ньонго играет там ещё и её сестру-близняшку, которая жена Агамемнона… забыл, как её зовут… а, Клементестра!»

И на этом месте, конечно, реакция - «Чего?»

Вспомнилась сценка из российского фильма, по-своего забавного, «Каникулы строго режима». Где два беглых зека (Безруков и Дюжев) пристроились воспитателями в детский лагерь, и вот Безруков, доказывая своё педагогическое образование, говорит девушке-коллеге: «Я читал работы Макаренко».

Отчего, конечно, с его «педагогическим образованием» сразу всё становится ясно. Ибо нельзя побывать хоть в каком-то российском педвузе и не усвоить правильное ударение в фамилии самого знаменитого дрессировщика беспризорников.

И точно так же нельзя отучиться хоть на истфаке, хоть на филфаке, и не знать, что жену Агамемнона звали Клитемнестра.

На самом деле, это довольно важный персонаж в греческой литературе. В каком-то роде — ключевой.

Честно, я не знаю, являются ли современные сценаристы психопатами именно в клиническом смысле.

Но пришёл к глубокой убеждённости, что их творческая продукция зачастую производит такое впечатление.

Более того, насколько могу судить, в современной науке «психопатия» считается термином несколько расплывчатым, не вполне «диагностическим», но что я привычно имею под ним ввиду — так это расстройство природной эмпатии, то есть, способности к сопереживанию другим живым существам, каковой способностью в норме человек, будучи коллективной зверушкой, обладает.

Но вот иногда по тем или иным причинам эта способность нарушается вплоть до того, что психопату трудно даже понять, в каких случаях у нормальных людей та эмпатия возникает и как проявляется.

Вот не собирался ничего больше писать про «Одиссею» Нолана (ибо сколько можно тратить пальцев на фильм, который мне и не то чтобы понравился?), но всё-таки — ещё пару слов.

Разговорился давеча с виконтом Алексеем Артёмовичем.

Сам он смотрел этот кин где-то две недели назад, но я намеренно избегал обсуждения, чтоб не «спойлерить» себе. А сейчас — избегать не стал и спросил в лоб, что думает.

Он вздохнул.

Сказал: «Знаешь, хочется думать о людях хорошо. А обо всяких великих творцах — тем более. И пусть в бытовой жизни они бывают известные сволочи, но всё-таки в искусстве — «глубокие натуры, тонко чувствующие культуры». Поэтому, тешу себя надеждой, в недрах души они не могут считать Повесточку чем-то иным, кроме как удушливой маразматической дрянью. И потому, вероятно, должны быть склонны над нею издеваться. Но — как-то тонко, а то денег не дадут».

Честно, и меня посещала такая мысль. Последний раз — совсем недавно, когда смотрел «Форму воды» дель Торро.

Выдалось немножко времечка, решил ещё упомянуть пару моментов, связанных с этим фильмом, который «Одиссея» Кристофера нашего Нолана. Просто чтобы прояснить своё к нему отношение (а возможно, и чтобы самому в том отношении определиться, ибо ещё не разобрался).

Сначала — о хорошем, почему я всё-таки не считаю его «полностью унылым повесточным говном».

То есть, «повесточным», безусловно, - но не полностью. И унылым, это глупо отрицать — но не беспросветно унылым.

Приятель заметил: «А ведь пожалуй, в сложившейся ситуации сильнейшим и опаснейшим для Украины ходом Путина было бы — взять да и принять их предложение о перемирии или хотя бы об ограничении ударов по тылам. Ну, они же всячески подчёркивают, что это предложение всегда на столе?»

Развивает мысль: «Они это подчёркивают, поскольку абсолютно уверены в маниакальности Крошки Цахеса. Уверены, что он ни при каких обстоятельствах не согласится ни на какую «деэскалацию» - ведь не для того же он десять лет всё это дело эскалировал».