[personal profile] artyom_ferrier

В прошлой своей заметке я касался некоторых нюансов специфического «лойерского» английского языка. Пожалуй, продолжим нашу просветительскую миссию. Но на сей раз — поговорим об американской юридической системе как таковой. Потому что многим компатриотам на самом деле было бы лучше сейчас перебраться, хотя бы на время, куда-то туда. И я не хочу лишний раз цитировать Стругацких про «кадавр жрал», «до невозможности грязно» и «всех лично не заинтересованных». Я-то с друзьями остаёмся в России, естественно, потому что мы любим интересные времена и занятные движения, но невозможно не относиться с полнейшим пониманием к тем, кто всё же чурается такого экстрима.

В коротенькой заметке я могу, конечно, рассказать об амерской юрисперденции лишь в общих чертах — и лишь про уголовную составляющую. Это дело мне как-то ближе :-)

 

 

А для гражданских сделок у меня жена есть. Очень предусмотрительно и выгодно было в своё время влюбиться в будущую адвокатшу-международницу.

Итак, по поводу американской криминальной юстиции зачастую приходится слышать много мифов и домыслов. Скажем, «Там, у этих англосаксов, прецедентная система, поэтому вообще чёрт ногу сломит». Или: «Там за совершенную фигню могут впаять немеренный срок». Или наоборот: «Там от всего, чего угодно, можно отмазаться, если заключить сделку с правосудием».

Поэтому, пройдёмся кратенько (и поверхностно), но по порядку.

Да, полагаю, любому образованному человеку, даже не учившемуся на юриста, известно, что в противоположность сугубо «статутной» (то есть, «законодательной») континентальной системе права, в англосаксонском мире она - «прецедентная».

Но что это значит на практике и конкретно в Штатах (про британские юридические заморочки я меньше знаю)? Что у них нет законов как источников «статутного» права? Разумеется, есть. И федеральные, и в каждом штате свой набор кодексов, поскольку, в отличие от России, где федерализм сейчас чисто номинальный (не считая Чечни, конечно), США — это реально федеральное образование, где отдельные штаты сохраняют очень многие атрибуты суверенных государств (state – это, собственно, и есть «государство»), включая собственные законы и кодексы вплоть до уголовных (penal обычно).

Но, конечно, если Конгресс принимает федеральный закон о том, что больше нельзя сажать взрослых людей за то, что они по взаимному согласию занимались содомией (причём в некоторых штатовских кодексах имелась в виду и гетеросексуальная, вплоть до новейшего времени с 1700 лохматого года) — штату приходится либо отменить такую анахроничную норму в своём кодексе, либо она будет просто «спящей», поскольку никакой вышестоящий апелляционный суд не утвердит решение, принятое согласно ей, и властям штата придётся ещё компенсации выплачивать бывшим подсудимым. А значит — и никакой суд первой инстанции, никакой прокурор (DA – district attorney) такое дело не возьмут к рассмотрению, а лишь пошлют куда подальше копов, которые к ним с такой фигнёй полезут.

В чём же значение прецедентов, то есть, ранее вынесенных и вступивших в законную силу решений по аналогичным делам — так это в уточнении некоторых нюансов.

Тут надо отметить, что вообще-то американский законодатель старается быть очень дотошен, старается указать все значимые для дела обстоятельства. И мне доводилось видеть в штатовских кодексах, скажем, в разделе «Непристойность»(Obscenity) такие диспозиции, где специфически указывалось, что непристойным считается появление барышни на публике в такой одежде, что грудь открыта настолько, что видны соски, или же в одежде настолько прозрачной, что видны соски. Кроме шуток, они это расписывают в законе.

Но всего — в законе предусмотреть невозможно. И, скажем, разбирается конкретный случай, где барышня была в блузке, которая в целом закрывала бюст, но блузка была расстёгнута, а дело было на смотровой площадке какой-нибудь кафешки, в сильный ветер, который то и дело распахивал блузку, и вот некая возмущённая общественность нажаловалась в полицию, и теперь вроде как надо приводить в действие закон, раз уж он есть.

Но тут выступает адвокат и говорит, что подобный случай разбирался уже неким окружным судом в Калифорнии, и там сочли, что поскольку виноват ветер, как стихийная сила, то вины барышни в её «непристойности» нету, и обвинение сняли.

Ну и судье остаётся только уточнить: «А вот в том деле, в Калифорнии, бюст подсудимой тоже был третьего размера?»

«Четвёртого» - отвечает адвокат.

«Delicious... I mean, not guilty” - говорит судья, и все счастливы (ну, может, кроме возмущённой общественности, которая по какой-то неясной причине считает нормальные девичьи сиськи «непристойностью», а собственный целлюлит — эстетическим идеалом для публичной демонстрации).

Таким образом, прецеденты в англо-саксонской системе действительно являются источником права наряду с законами. То есть, если континентальному судье сказать, что вот уже рассматривалось аналогичное дело в другом суде и там вынесено было такое решение, он лишь пожмёт плечами, типа, «И чо?» - то у англосаксов это имеет значение.

Хотя, если честно, всё относительно. В действительности, даже в России если адвокат сумеет найти похожее дело и довести до сведения судьи, что его коллега вот уже решил тогда именно так, как сейчас обвинитель хочет, а потом Верховный Суд отменил приговор и тому судье меч Фемиды в жопу засунул за его понимание закона — это может иметь значение. Хотя, конечно, в России просто крайняя редкость, чтобы судебный приговор по уголовному делу не представлял собой «копипасту» обвинительного заключения («объебона» по-научному) и чтобы по касатке приговор существенно менялся.

Но и в амерской системе с прецедентами не всё так просто. В действительности, далеко не всегда они имеют «обязывающее» (binding) значение для суда. Вот решения вышестоящего апелляционного суда — имеют. Решения судов штатов для федеральных окружных судов, разбирающих дела по законам штата (не будем углубляться в вопросы подсудности) — имеют. А просто решение другого суда на другом краю страны по схожему делу — ну, может иметь рекомендательное значение. Поскольку судья понимает, что если тогда решение вступило в законную силу, и прокурор не опротестовал, то и в этом случае, дойди дело до Верховного Суда — его приговор могут отменить. И по-любому принято с уважением относиться к труду, проделанному другим судом, когда там привлекали всяких экспертов и решали вопрос о необходимой силе ветра, чтобы демонстрация сисек не считалась намеренной, и всё такое.

Но подыскивать и подтягивать к делу необходимые прецеденты — это работа, требующая некоторого профессионализма. Сейчас, конечно, сборники прецедентов оцифрованы, снабжены удобными системами поиска, но всё равно, если дилетант возьмётся ссылаться на прецеденты в суде, то для судьи это будет выглядеть как «А вот ещё был похожий случай с нашей коровой Машкой». В конце концов его можно чисто по-человечески выбесить своей самонадеянностью и он решит: «Да пофиг, чего там этот мудак совершал, но закрыть его надо по-любому. Он социально опасен уже тем, что Нашей Чести изволит мозг выносить прямо в зале суда».

Профессиональный адвокат — лучше понимает, как строить разговор и с прокурором, и с судьёй. И они, конечно, могут жёстко схлёстываться, но на самом деле они — выпускники примерно одних и тех же учебных заведений, они принадлежат к одной «касте», говорят на одном языке и вполне могут испытывать взаимное уважение к профессионализму друг друга.

Поэтому, если вас угораздило в Штатах влететь под какое-то более-менее серьёзное обвинение — лучше воспользоваться услугами профессионального адвоката. Там адвокат — это не то, что в России, «посредник во взяточничестве, да и то лишний». Ну или «пиздобол-общественник».

Но при этом нужно проявлять большую разборчивость. Адвокат, выступающий в судах - это, можно считать, одна из высших категорий лойеров. В принципе-то в Штатах, в отличие от некоторых стран англосаксонского права, нет формального разделения на «солиситоров» и «барристеров», на «юрконсультов» и «трибунов». Чтобы лойеру выступать в судах — достаточно иметь образование и сдать необременительный специальный экзамен (а в иных штатах и того не надо). Но иметь право выступать и реально представлять из себя нечто такое, к чьему мнению будут прислушиваться прокуроры и судьи — это разные вещи.

И пробиться в эту «касту» судейских адвокатов - не так-то просто. Поэтому, если вы приехали в Штаты и у вас там есть приятель, который окончил курс права в каком-то вузе, и он рассказывает, как у него всё схвачено, и он даже встречает вас в аэропорту на лимузине (арендованном за полсотни баксов) — не стоит возлагать на него слишком большие надежды. В лучшем случае — он работает мелким клерком в юротделе какой-нибудь корпорации. В худшем — разводит иммигрантов, пуская им пыль в глаза и сшибая бабки за решение тех проблем, которые прекрасным образом решились бы и без его участия.

Лучше — обращаться не к «друзьям-знакомым», а к конторам, имеющим некоторую репутацию, что несложно пробить в Инете.

Вернёмся, однако, к самой по себе американской уголовщине. В смысле, к специфике их уголовного права. Поговорим о «зверстве» тамошней юстиции.

Думаю, многие люди, хоть как-то изучавшие юрисперденцию и/или английский, слышали, что в тамошней системе преступления делятся на две большие категории: мисдиминор (misdemeanor) и фелония (felony). Где первое означает уголовный проступок сравнительно небольшой тяжести, а второе — собственно преступление. Иногда ещё выделяют особняком такое дело, как high treason, т. е., государственную измену — но не думаю, что кому-то из моих читателей грозит такое обвинение (надеюсь, что и в фелонии-то не обвинят :-) ).

Что касается «мисдиминора» - то это, несмотря на сравнительную малозначительность, именно уголовное правонарушение, которое даёт право на рассмотрение дела судом присяжных. То есть, проезд на красный свет (без прочих отягчающих) — мисдиминором не будет. Это offense (иногда, специфически, такую административку могут называть infraction), но это не criminal offense. То есть, не уголовщина.

А что конкретно считается мисдиминором — то может различаться от штата к штату (и существенно отличаться от российских реалий). В некоторых штатах, скажем, вождение в состоянии сильного алкогольного или наркотического опьянения — считается именно уголовным проступком, мисдиминором. И когда именно сильное, когда чел хрен чего соображает, и перед глазами всё плывёт-двоится, а за руль плюхается по принципу «Мне б только до кабины добраться, а там я сам за баранку держаться буду» — я, в общем-то, согласен. Тут он неиллюзорно подвергает опасности жизни других людей, и не помешает ему подумать над этим месяцок-другой в тюряге. Другое дело, что иным водятлам, когда со вчерашнего бодуна рулят — лучше б банку пива накатить для опохмела, адекватней были бы, не так нервозны. Но именно сильно «одухотворённым» водить — да, недопустимо.

С другой стороны, в некоторых штатах мисдиминором считается, скажем, joyriding. А это не просто езда ради развлечения, как можно подумать из названия, это угон чужой тачки для покатушек (обычно, конечно, тинейджерская забава).

То есть, хищение машины с целью продажи (grand theft auto – “значительная кража автомобиля», поскольку машина заведомо считается значительным имуществом) или carjacking (отжим машины силой) — это фелонии, а если втихую угнали какую-то колымагу покататься — мисдиминор.

Ну и тем более т. н. shoplifting, кража в супермаркетах, будет считаться мисдиминором (если вообще хоть чем-то). Особенно — когда совершается ради «спорта», ради «фана», или на спор молодёжью. Но пришить мисдиминор и присудить штраф или обязательные работы — могут.

В целом же, понятно, наказание за мисдиминор — сравнительно нестрогое. Штраф, какие-то общественные работы, максимум — до года тюрьмы, причём в условиях, заведомо отличных от федеральных тюрем, где сидят реальные какие-то злодеи-душегубы. Для несовершеннолетних — может быть и частная исправительная ферма (примерно то, что я у себя на Калужской Плантации соорудил, если не считать круглогодичного бассейна; в смысле, не думаю, что на всякой американской исправительной ферме он есть). Впрочем, для малолеток некая такая «льготная каторга», вроде исправительной фермы, может быть и по некоторым деяниям, проходящим как фелонии.

При этом, в разных штатах могут быть ещё и градации внутри мисдиминоров и фелоний, по степеням, но это уж описывать — жизни не хватит.

В чём принципиально важное отличие фелонии от мисдиминора — так это во влиянии на «криминальную историю» и возможные последствия в будущем. Поскольку прежние судимости за фелонии могут учитываться на суде за новые «подвиги», а в некоторых штатах — очень даже сурово учитываться.

Вот когда я учился на Юрфаке — там приезжали иногда разные пиплы из забугорья, на английские наши занятия, и, помню, был один мужик, который раньше работал судьёй в Индиане. И у него было дело о мошеннике, пытавшемся впарить фальшивый чек на восьмьдесят(80) баксов. Подделка ценных бумаг и попытка их сбыта как настоящих — это фелония. Но если б то было в первый раз — отделался бы чувак, скорее всего, штрафом или небольшим сроком. Однако у него уже имелось две ходки тоже по фелониям (кражи, мошенничество). А по законам Индианы третья фелония — означает автоматически пожизненное. Вот так решили в своё время законодатели штата, что если ты в третий раз совершаешь фелонию, умышленное преступление, - то пофиг, то ли ты злодей, то ли такой дурак неисправимый, но общество от тебя устало и нефиг тебе делать на свободе.

И вот этот судья — он, учитывая в целом пустяшность обвинения, пошёл против требования закона и дал то ли три, то ли пять лет, но не пожизненное. Но его после этого попросили уйти из судей. Я не знаю, честно, какова процедура принудительного отрешения судьи от должности в Штатах (и она может быть различной в разных случаях), но понятно, что когда человеку дают понять, что не хотят с ним больше работать — лучше уйти в отставку по собственному. И ему именно это сказали, что если ты такой добренький — то иди в адвокаты или в общественные активисты какие, но судья — должен закон исполнять, даже если не согласен с ним в каких-то случаях.

По хорошему же счёту, за изъятием таких «драконовских» требований, как «пожизненное за всякую третью фелонию» в Индиане, у судьи в Штатах очень большие полномочия для выбора наказания сообразно конкретному деянию. Они, собственно, законом даются. И вот говорят иногда: «Да они там озверели, там за то, за что у нас пятерик дают, тридцать лет предусмотрено!»

Предусмотрено. Вот только зачастую в кодексе санкция может быть сформулирована «От двух до тридцати лет». А то и вовсе без низшего предела.

И это кажется нелепым, такой огромный разброс санкций за один и тот же состав? Тут мне вспоминается одна комедия под названием «Белые не умеют прыгать». Там объявился белый паренёк с неожиданным талантом к баскетболу, который рвал на спор всех негров на их же площадках. И вот когда ажиотаж на импровизированном тотализаторе достиг наивысшего накала, один негр сетует: «Блин, бабки кончились. Ладно, щас схожу!»

Заворачивает за угол, надевает маску из вязаной шапочки, достаёт револьвер, врывается в лавчонку: «Деньги на бочку, быстро!» А хозяин такой: «Бобби, это ты, что ли? Да хорош прикалываться!» И Бобби, в огорчении срывая маску, сетует: «Блин, опять не проканало. Ну ладно, возьми хоть ствол за сотку?»

Ну и понятно, что это комедия, но вот случись такое в реале, окажись вдруг в той лавчонке копы, которых бы грабитель не заметил — вот что делать с этим придурком (ну, после того, как на пол уложат, браслеты застегнут)?

Да пока он так развлекается в своём этом «худе» и только со своими - он реальной-то социальной опасности не представляет. И этот «потерпевший», хозяин лавки, первый же скажет: «Извините, если упекать за решётку каждого ниггера, который заходит ко мне в маске и грозит волыном перед тем, как продать его, - то я без покупателей останусь... и без дешёвых волынов».

Поэтому — возможно какое-то минимальное наказание. Хотя формально — это вооружённый разбой. Что в иных обстоятельствах было бы очень серьёзным преступлением. Ибо, угрожая людям оружием, ты можешь их напугать, причём, до такой степени, что они сами в ответ тебя пулями нашпигуют, а потом, когда на суде твоя мамаша расскажет, каким ты был хорошим мальчиком, этим людям может взгрустнуться или даже всплакнуться, поэтому думать надо, прежде чем в незнакомых людей тыкать пушкой и требовать бабки. А если не успел подумать — ну вот лет двадцать в тюряге самое то будет для размышлений.

И когда говорят о суровости американских санкций, в сравнении с теми же российскими, то я порою недоумеваю: «А это чего, хорошо, что ли, что у нас так мало можно получить за такой беспредел?»

Вот я не раз поминал, но помяну уж ещё раз. Истоки нашего мироточивого гуманизма.

Родя Раскольников. Предумышленное убийство из корыстных и хулиганских побуждений старухи-процентщицы (можно как угодно относиться к её деятельности, но в ней не было ничего нелегального) и сестры её Лизаветы просто потому, что под руку подвернулась, в целях избежания ответственности (бегства с места) за другое преступление. Восемь лет каторги. И в школах говорят, что Родя раскаялся, духовно переродился, но по тексту не совсем ясно, в каком именно месте он в чём-то раскаялся и куда переродился.

То есть, вот было ему двадцать два, когда топориком порезвился, а максимум в тридцатник — на свободу выйдет. И это зашибись, как здорово? Как по мне — пожизненное здоровее было бы. Ибо нехер таким тварям диким среди людей делать. Я гуманист, я люблю людей (иначе не покупал бы их за свои деньги), но именно по этой причине я не очень люблю тех, кто мочит людей то ли ради самоутверждения, то ли ради корысти. И вполне искренне считаю, что таким лучше пребывать в изоляции от общества сколь можно дольше.

Ну или — Катюша Маслова. Проститутка, отравившая насмерть, непредумышленно, своего клиента просто потому, что ей надоело исполнять свои профессиональные обязанности, захотелось отлынить от них. И вот она подсыпала ему сонного порошка (опия, скорее всего), но не рассчитала то ли дозы, то ли повышенной растворимости в коньяке, а он возьми и дуба врежь.

Так или иначе, умер человек. Вследствие её небрежности, по её вине. И ей дают четыре года, и все вслед за хлюпиком Нехлюдовым рыдают о том, как это несправедливо, какая это ужасная судейская ошибка.

И я согласен. Несправедливо. И ошибка. Более справедливо — семерик бы ей вкатить. Чтоб другим шалавам неповадно было «клофелинить» без заботы о здоровье клиента.

При этом, я не хочу оскорбить «древнейшую профессию» как таковую, но подразумевается, что проститутка, истинно гордо носящая это звание (в отличие от политических всяких блядей) — это профессионалка, которая заботится о здоровье клиента. Если же она его накачивает сонным порошком, чтобы слинять пораньше — это шалава, а не проститутка. А если он от этого ещё и кони двинул — то это хреновая шалава. И ей реально лучше на зоне вертухаев обслуживать, чем в приличных борделях солидных клиентов.

И это, конечно, дела давние и литературные. Хотя вся эта «толстоевщина» - в значительной мере лежит в основе того, что в России принято почитать за «гуманизм» и «нравственность». Поэтому я и говорю, что русская литературная классика — она, конечно, очень интересная, очень своеобычная и ценная, но лучше подальше держать от неё детей, покуда своим умом думать не научатся, покуда не будут способны адекватно воспринимать реальность, а не так, как Фёдор Михалыч или Лев Николаич сказали.

Однако ж, и современные наши уголовные дела почитывал иногда — и когда это не политика, а банальная уголовщина, то там волосы дыбом становятся не от «репрессивности», а от мягкости приговоров.

Некий юноша шестнадцати лет, желая раздобыть денег на бухло, пробирается ночью в дом родной бабули, фигачит её монтировкой по голове (когда заметила проникновение) и обшаривает хату в поисках её пенсии. Получает... два года за разбой (только за разбой - поскольку уголовно значимых повреждений монтярой не нанёс).

Рад ли я такому приговору? Да не сказать, чтобы очень. Меня, в действительности, немножко беспокоит мысль, что через пару лет (а скорее всего раньше) этот отморозок окажется на свободе. Я бы таких на червонец минимум закрывал. Не, ну нормально: собственную бабулю да монтировкой?

И я вообще не в восторге от того российского гуманизма, что у нас несовершеннолетним не могут в принципе дать больше десяти лет срока. То есть, тебе семнадцать, ты уже вполне здоровый лоб, ты грабишь, насилуешь, убиваешь, а если посадят — то максимум к двадцати семи ты снова будешь на свободе. Ну, зашибись.

Ей-богу, я противник смертной казни (поскольку считаю, что из любого злодея можно и нужно выжимать максимальную компенсацию за причинённый им ущерб, а для этого предпочтительно, чтобы он был жив), но вот если альтернатива - выход на свободу ублюдка, который в семнадцать лет насиловал, грабил и убивал напропалую, то я скорее пожму руку тому вертухаю, который устроит ему несчастный случай на производстве.

В Штатах же, как правило, за серьёзные какие-то насильственные преступления — наказание очень суровое. Даже для несовершеннолетних. И я это в целом одобряю.

Но вместе с тем, что упускают из виду, когда обсуждают «огромность» их санкций, судья обычно может указать не только высший, но и низший предел, с которого возможно освобождение (разные есть процедуры). Поэтому вполне возможен приговор (но не за массовые убийства и изнасилования, конечно), который «как бы на тридцать лет, но реально на три при условии хорошего поведения и демонстрации признаков осознания и исправления».

И при этом, что непривычная для нас особенность американского правосудия — возможно полное сложение санкций по всем эпизодам.

То есть, у нас, в советские времена действовало правило, что за любую совокупность преступлений срок даётся в пределах максималки за самое тяжкое. То есть, ты совершил десять грабежей, двадцать краж, немножко даже хулиганством каким-то побаловался, но при этом одно умышленное убийство — и срок будет в пределах санкции за убийство (если по 102-й тогдашней, с отягчающими — то максимум пятнашка за одиночное убийство, ибо вышка давалась за множественные или какие-то особо садистские).

Сейчас, с новым УК РФ, допустимо более значимое сложение санкций, но в пределах полутора максималок за наиболее тяжкое из всех твоих преступлений (по правилам ст.69, если её перевести на русский с того «бодунного» языка, каким вообще написан УК-96 :-) ).

В Штатах же вопрос о сложении санкций по разным эпизодам, если жюри признало по ним виновным, - в целом находится на усмотрении судьи. То есть, имеются некоторые рекомендации в разделе 5335 Части 18 (уголовное право и процесс) US Code (он не действует напрямую на территории штатов), но самого общего плана. А так, в принципе, судья может впаять по полной и за всё.

Другое дело, что судьи штатов (в отличие от назначаемых федеральных), через которых проходит львиная доля дел по первой инстанции — это выборные лица и обычно они дружат с головой. Это довольно тёртые такие ребята, не без политических амбиций, респектабельные члены истеблишмента, вхожие в ту или иную партийную стаю, и им совершенно не нужны какие-то заведомо абсурдные приговоры, которые вызовут негодование публики.

Поэтому, скажем, приволакивают чувачка, который растил у себя марихуану и задвигал своим друганам. И предположим, что по законам данного штата это запрещено (в некоторых уже снова можно, как и пятьдесят лет назад), и это даже считается не мисдиминором, а фелонией какого-нибудь третьего класса, за которую можно дать пять лет.

И допустим даже, у полиции есть железная доказуха по десятку эпизодов продажи травки. Но и что теперь, полтинник этому кренделю впаривать? Теоретически можно — но это завтра восстание в городе будет, а товарищи по партии живьём сгрызут. Поэтому судья даст максимум год, да и то с испытательным сроком, ну и штраф какой-нибудь... за неосторожность в торговых операциях.

С другой стороны, серийный убийца, у которого десяток жертв, умученных с особым маньячеством. Но смертная казнь в данном штате не действует? Значит — десять пожизненных без права помилования. Или — девять без права, и одно с правом. Это на случай, если губер приколоться захочет и снять одно пожизненное. Но ещё на этом душегубе пяток убийств без особого маньячества, без отягчающих, убийства второй степени? Значит — по пятнашке за каждое. Итого десять пожизненных и ещё 75 лет.

Отсюда, собственно, и берутся несколько диковинные на наш взгляд американские приговоры к ста и более годам тюрьмы. Ну, тут нужно понимать, что речь идёт о таких персонажах, которых ни судья, ни общество — на воле видеть не хотят вот от слова «совсем». Поэтому им и плюсуют всё, что можно. «Что, после разбойного нападения с тремя трупами, сдавая задом, смял деревцо? Значит — ещё пару лет за умышленную порчу зелёных насаждений».

Иногда, правда, происходят недоразумения по поводу вроде бы чрезмерной суровости американской фемиды. Вот, помню, недавно, года два назад, был такой случай, когда училке впаяли аж двадцать два года за секс с семнадцатилетними учениками. Типа, развращение малолетних.

И поначалу много было возмущения даже в Штатах, где указывали, что это вообще абсурд, потому что где-то в их же стране возраст согласия 18 лет, а где-то и 16, и в любом случае «преступление» выеденного яйца (воздержусь от каламбуров) не стоит.

Я тоже сначала удивился: «Чего, совсем, что ли, охренели в своём ханжатнике звёздно-полосатом? Ладно ещё когда учитель, этакий старый козёл, злоупотребляет наивностью ученицы. В этом есть что-то неправильное. Но трах училки с семнадцатилетними жеребцами? Да вот же ниибаца какая для них моральная травма!»

Но потом, заинтересовавшись этим делом и ознакомившись ближе с материалами, я понял, почему была такая реакция и полиции, и суда. Потому что там вовсе не в сексе как таковом было дело. Уж этим-то, сексом семнадцатилетнего парня с более взрослой тёткой, нынче даже в самых «благонравных» южных штатах никого не шокируешь.

Собственно, поначалу никто и не шокировался, включая родителей этих парней. Они знали, что у тех отношения с училкой, типа «лубофф», ну — мальчик взрослеет. Ну, возможно, он слишком близко к сердцу принимает это своё юношеское увлечение, чуть ли не жениться настропалился, строит планы дальнейшей совместной жизни... А потом выяснилось, что у этой барышни с половиной класса «особые отношения и планы дальнейшей совместной жизни», и каждому она втирала, какой он у неё единственный и ненаглядный.

То есть, она этих пацанов влюбляла в себя, охмуряла, пудрила мозги — и тащилась от того, как ими вертит. И вот это — действительно свинство, так использовать своё превосходство в жизненном опыте.

Но такого состава, как «злонамеренное влюбление в себя с целью пудрить мозги ради самоутверждения» - в кодексах нет. И трудно представить, как бы это можно было выразить юридически.

Однако ж, поскольку она реально чуть жизни не поломала этим парням, её решили наказать, прицепившись к формальному предлогу. «Так, им ещё нет восемнадцати, а по нашему пыльному кодексу это незаконная дичь для сексуальных утех? Ну, значит, за это и осудим».

Поскольку же эта барышня и на суде вела себя весьма вызывающе, типа, хрен вы мне чего сделаете, то судья впаял по максимуму за каждый эпизод и суммировал санкции. Чего бы, конечно, не сделал для какого-нибудь воришки, который хоть двадцать краж совершил. Но здесь, по мнению судьи (и многих, кто вник в суть дела) речь шла о гораздо более социально неприемлемом поведении. И вовсе не потому, повторю, что она имела секс с учениками. Да если б она хоть групповухи с ними закатывала — всем было бы, думается, пофиг. Но в том-то и дело, что здесь имело место «злоупотребление влюбчивостью». Поэтому ей и впаяли 22 года. Чтобы показать, «чего вы мне сделаете». А заодно — и феминисткам, которые всех достали своими воплями, показать: «Хотели «равного» отношения? Ну, кушать подано».

И при этом вряд ли, конечно, она реально отсидит весь срок. Вряд ли и пять лет отсидит — раньше выпустят. Но припугнуть — припугнули.

Вообще же, повторю, конкретные юридические нюансы могут очень сильно розниться между штатами. Но что, пожалуй, общее для всех — очень дотошная юридическая техника, стремление законодателя максимально полно описать значимые для дела обстоятельства.

Ну а где и этого не хватает — в ход идут прецеденты. А где и таковых не сыщется — концепция «разумного человека». Что часто используется в суде и защитой, и обвинением. «Разумный человек должен понимать, что, приставив к чужому затылку шотган и спустив курок — он снесёт полчерепа» - «Протестую, ваша честь! Шотган был заряжен самой мелкой дробью, и человек, видевший, как она отскакивает от куска фанеры в двадцати метрах, разумно мог предполагать, что и при стрельбе в упор это только напугает, а не повредит череп. Ведь многие ли из нас помнят школьные физические формулы для расчёта зависимости импульса снаряда от расстояния? Разве лишь те, кто учился баллистике специально» - «Позволю себе спросить у присяжных, не посещавших специальные курсы по баллистике: многие ли из вас согласились бы, чтобы к вашему затылку приставили шотган и выстрелили самой мелкой дробью, рассчитывая, что это лишь напугает вас?»

Ну, как-то так.

Что ещё следует сказать о специфике американской криминальной юстиции — так это, конечно, институт сделки с обвинением. В России его попробовали принять, но лишь частично и довольно криво, в виде «Особого порядка производства». Когда обвиняемый полностью признаёт свою вину и суд проходит по упрощённой процедуре, а наказание бывает «льготным», не больше двух третей от максималки.

Американская же эта plea bargaining – она немножко другой имеет вид. Там в обмен на признание в одном преступлении — прокурор просто обязуется не выдвигать каких-то других обвинений, даже если они совершенно очевидны.

Скажем, вот есть убийца, на чьём счету пара трупов. Один — девушки, которую он изнасиловал, задушил и закопал где-то в лесу, другой — полицейского при задержании.

Для общественности — важно, конечно, чтобы негодяй не ушёл от ответственности, но ещё важно найти тело девушки, чтобы родные могли её похоронить. Поэтому обвинение предлагает сделку.

Обвиняемый признаётся в изнасиловании и указывает, где зарыл труп, но с него снимается обвинение в убийстве девицы. Совсем. Никакие вновь открывшиеся обстоятельства, вроде того, что кто-то видел, как он душил эту девицу — никакой роли играть не будут.

На первый взгляд это кажется нелогичным. Ибо если он знает, где зарыт труп — то вроде бы тем самым подтверждает, что сам и зарыл, и сам задушил. В принципе, так и есть. Но обвинению важно его признание хотя бы в изнасиловании (а это трудно доказывается, тем более по прошествии времени) и важно найти тело.

И адвокат советует согласиться. Да, приговор за изнасилование теперь будет автоматически — но это всё же не убийство. Что же до полицейского при задержании — то на суде можно попробовать свалять дурака, заявить, что принял за бандита в форме, и думал, что защищается, что-то такое. На самом деле — вряд ли, конечно. Но адвокат сможет записать себе в плюс, что добился снятия обвинения хотя бы в одном убийстве.

Ну и вот конкретный пример plea bargain был в случае с Романом Полански. Который пригласил в дом тринадцатилетнюю старлетку, накачал её шампанским с транквилизатором, отымел — а она не стала об этом молчать, как он, вероятно, рассчитывал.

И в принципе то, что он сделал — намеренное введение жертвы в беспомощное состояние и последующее его использование для сексуальной эксплуатации — называется «изнасилование». В отношении тринадцатилетки — это очень серьёзный состав в любом Штате. На много, много лет.

Но, во-первых, это нужно доказать, что он подсыпал транк в шампусик (а что не потом, скажем, девчонка таблетку выпила), а во-вторых, думается, были и чисто политические причины, почему людям из калифорнийского истеблишмента не хотелось укатывать лет на двадцать всемирно известного режиссёра, лауреата, жертву Холокоста и всё такое.

Поэтому ему предложили сделку. Он признаёт просто секс с тринадцатилеткой (что тоже преступление, но не такое тяжкое), обвинение отказывается шить износ, и Полански остаётся на свободе, под залог (что было бы невозможно в случае обвинения в изнасиловании малолетки).

Чем Полански и воспользовался, смывшись во Францию. Возможно, оно и к лучшему, поскольку, хотя он и сволочь, но действительно талантливый режиссёр и за эти годы порадовал человечество многими фильмами, которые вряд ли сумел бы снять в тюрьме.

То есть, теоретически, американскую систему «сделок с обвинением» - можно использовать, чтобы вовсе ускользнуть от ответственности. Но, думается, лишь в тех случаях, когда ты всемирно известный режиссёр, чьей посадки просто и не желают влиятельные круги истеблишмента. Людям попроще — я бы не рекомендовал рассчитывать на сделку в духе: «Я вам каюсь про три случая, когда парковался вторым рядом, и даже плачу штраф, а вы забываете про этого нытика, которому я поставил бланш, отжимая планшет». Это может не сработать.

Ну и хватит «юридистики» на сегодня.

 

 

Profile

Артём Ферье

March 2017

S M T W T F S
    1 2 3 4
56 789 1011
12 13 14151617 18
192021 22 232425
26272829 3031 

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jun. 28th, 2017 04:24 am
Powered by Dreamwidth Studios